«Спасибо, что на кострах не сжигают». Уголовное дело Юлии Цветковой – симптом Средневековья в современной России

Редакция «Компромат-Урал» откликнулась на сообщения читателей, которые просят нас участвовать в медиа-кампании по защите гражданской активистки Юлии Цветковой от надуманного уголовного преследования, вызвавшего широкий общественный резонанс. Несмотря на то, что мы не разделяем взгляды и, так сказать, творческие подходы Юлии Цветковой, но сам по себе очередной факт уголовной расправы над свободомыслием в XXI веке нам претит ещё больше.

Не говоря уже о циничном и откровенно избирательно-примитивном использовании полномочий «правоохранителями», преследующими художницу за «распространение порнографии». Дико вообще слышать о подобных «кейсах», когда любое порно сегодня доступно кому угодно в любое время и в любом месте, где есть Интернет. Просто хватают тех, кого схватить проще, для дополнительной «палки» в отчётности: например, за (подброшенные) наркотики или, вот новый тренд, за «порнографию».

Накануне в Москве были задержаны десятки граждан, вышедших на не запрещённые законом одиночные пикеты. Некоторые из них арестованы на несколько недель. «Винтилово» происходило под предлогом соблюдения социальной дистанции для борьбы с коронавирусом. Задержания пикетчиков, вышедших поддержать Юлию Цветкову, оппозиционный политик Дмитрий Гудков оценил как выходящие за рамки правового поля. «Получается, что парад в честь Дня Победы и всенародное голосование можно проводить, но когда речь идёт о мероприятиях оппозиции, власти включают то режим самоизоляции, запрет на проведение пикетов и митингов. Когда государство следует подобной тактике тотального запрета на публичные мероприятия оппозиции – это произвол».

Акция в поддержку Юлии Цветковой – художника, режиссера и фем-активистки, которую обвиняют в распространении порнографии за схематичные изображения обнаженного женского тела – прокатилась в минувшие выходные в онлайн и оффлайн-пространстве. По данным «МК», в поддержку девушки, которой грозит до 6 лет лишения свободы, выступили сотни людей – среди них немало журналистов, поэтов, художников etc. Впрочем, тем, кто выступил оффлайн, пришлось немного пострадать за свою позицию: около 40 активистов были задержаны полицией и доставлены в отделения ОВД.

В Санкт-Петербурге был задержан общественный защитник Владимир Василенко, который стоял с плакатом: «Свободу Юлии Цветковой». Акция в Москве проходила у памятника Крупской на Сретенке. Еще до её начала на месте дежурили сотрудники полиции (экую важную работу выполняли!). На обочине был припаркован автозак. Защитники Цветковой только успели достать плакаты, как их сразу забрала полиция. В итоге набралось три автозака активистов – задержали почти 40 человек. Их доставили в разные отделения (ОВД «Тверской», ОВД «Лужники» и ОВД «Красносельский»).

Среди тех, кто выступил в поддежку Юлии Цветковой, в основном были девушки. Одна из организаторов акции Дарья Серенко, которая так же была доставлена в одно из отделений полиции, пишет в Фейсбук: «…когда нас вчера оформляли, сотрудник ОВД сказал что-то вроде: «20 лет работаю и такое вижу первый раз. Только девчонок привезли. И так много. Первый раз такое. Наверно, это и есть феминизм, эмансипация».

Напомним, что Юлии Цветковой из Комсомольска-на-Амуре грозит до 6 лет лишения свободы за рисунки, опубликованные в паблике «Монологи вагины», где она открыто говорит о вопросах женской телесности. «У живой женщины есть жир – и это нормально», «У живой женщины есть морщины – и это нормально», «У живой женщины есть седина – и это нормально», – гласят подписи к схематичным изображением женского обнаженного тела. Многие участники поэтического онлайн-марафона говорили о том, что если это порнография, то тогда и «Давида» и тысячи других произведений искусства можно записать в список порнографических. Напротив, считают активисты, рисунки Юлии антипорнографичны, ведь только «воспаленное сознание они могут возбудить». Наверное, у людей в погонах сознание именно такое?

Защитники Юлии надеются, что акция, получившая широкий общественный резонанс, не пройдёт даром. Ведь рисунки – это не убийство, за которое тоже можно получить 6 лет лишения свободы в России.

– Юлии грозит до 6 лет реального срока колонии и я считаю, что поддержка сейчас ей необходима, – сказала одна из участниц поэтического марафона «За Юлю», участница скандально известной группы «Pussy Riot» Мария Алёхина. – Художник не обязан постулировать нравственность. Его задача – задавать неудобные вопросы. И тем самым он отличается от политика или партии, у которых есть программа, и соответствующий путь её воспроизведения. Перед законом все равны. Представьте себе такие законы, где наравне с преступлениями перед личностью и обществом были бы преступления против морали. Что это такое? Это было бы просто узаконенное Средневековье.

Мы, к сожалению, живем в стране, которая двигается в этом направлении, но я надеюсь, что мы как сообщество должны как минимум стараться держаться вместе. Я не считаю рисунки Юлии порнографией. Или, если угодно, я считаю их порнографией в равной степени того мирового искусства, которые мы можем видеть в музеях. Одна из задач художника – это осмысление и переосмысление табу, в этом смысле у Юлии Цветковой есть замечательный плакат: Что такое норма? Вы нормальный? Норма меняется. Именно с помощью художников меняется культурная парадигма и понятие «норма». Еще 60 лет назад в США был нормой бытовой расизм, когда чернокожим людям было запрещено заходить в рестораны или для них выделяли специальные сидения в автобусах, но сейчас для всех очевидно, что это расизм.

Юлия Цветкова – двадцатисемилетняя художница из Комсомольска-на-Амуре, руководительница детского театра «Мерак». Она выступала против гендерных стереотипов, за свободу женщин и женского тела. Юлия ставила спектакли, выкладывала абстрактные бодипозитивные рисунки и говорила о важном — о правах человека. Теперь ее обвиняют в «распространении порнографии с преступным умыслом» и «гей-пропаганде». В материалы дела, которое длится уже около полутора лет, попали схематичные рисунки, изображающие женское тело, в паблике в «ВКонтакте» под названием «Монологи вагины», который Юля вела, чтобы «снять стигму с вагины и женской физиологии в целом». 9 июня активистке предъявили официальные обвинения.

27 июня одновременно с медиастрайком в городах России прошли одиночные пикеты и акции в поддержку художницы. В результате в Москве сорок активистов были задержаны и доставлены в отделы полиции, при этом одна активистка — участница группы «СоцФемАльтернатива» Анастасия Резюк – была арестована на двадцать суток за «повторное нарушение правил проведения акции».

Мы спросили у фемактивистки, врача и популяризатора науки Евдокии Цветковой (однофамилица. – Ред.), как были организованы акции поддержки, что происходило с задержанными в автозаках и отделениях полиции и зачем власть заводит политические дела на ЛГБТ- и фемактивистов.

— Вы участвовали в организации медиастрайка в поддержку Юлии Цветковой. Как пришла идея? В чем заключалась работа, с какими трудностями вы столкнулись и успешно ли прошла акция, на ваш взгляд?

— В ходе мозгового штурма нашей инициативной группы возникла идея сначала забастовки, а потом — перенесения ее в онлайн-формат, в том числе — из-за эпидемиологической обстановки, для безопасности всех участников. Идея родилась у Лёли Нордик. Плюс вспомнили про одинаковые передовицы газет в кейсе Голунова. Ну и решили предложить различным СМИ, а также организациям и инфлюэнсерам, обладающим онлайн-платформами, вывесить в один день баннер про дело Юлии Цветковой в знак ее поддержки. Работа заключалась в разработке плана акции, дизайна баннера, текстов писем, баннеров, контактировании с огромным количеством представителей СМИ и медиа. Учитывая, что нас не так много и все мы люди работающие, полторы недели перед акцией были очень тяжелые. Мы будем считать, что эта акция (как и все остальные, проведенные в Юлину поддержку) прошла успешно, только когда Юлю отпустят. Но в отношении того, что мы планировали — привлечения внимания к Юлиной ситуации, — «шалость удалась».

— Благодаря акциям феминистская повестка начинает пользоваться более широкой поддержкой. Согласны ли вы с этим?

— Происходит ли это благодаря акциям или просвещению, книгам, фильмам или просто здравому смыслу, ясно одно: если человечеству потребовалось столько времени, чтобы прийти к простой мысли, что женщина — человек, это ничего хорошего о нашем — как вида — интеллекте не говорит.

— Вы участвовали в уличных акциях в поддержку Юли. Что там происходило?

— Я участвовала в одиночном пикете в поддержку Юли в Москве 27 июня (это далеко не первый пикет за Юлю) и вместе с еще 35 участницами была незаконно задержана полицией, несмотря на то, что это были одиночные пикеты с соблюдением всех требований закона (а также соблюдением приказа мэра Москвы относительно санэпидрежима). Приблизительно с 16.00 до 18.00 нас удерживали в полицейском автобусе (напомню, что в этот день в Москве было +30 градусов по Цельсию), в 18.00 18 человек из нас привезли в ОВД «Лужники» (остальных доставляли в ОВД «Красносельское»). Из нашего ОВД я вышла последней, было 00.15. Одну активистку — Анастасию Резюк — оставили в ОВД «Красносельское» на 48 часов до судебного разбирательства, где ей присудили 20 суток административного ареста. Апелляция состоится завтра, 01.07.

— Почему власть так боится ЛГБТ-активизма и разговора о теле и насилии?

— Потому что это все очень про свободу: свободу личности, свободу любви. Похоже, что наше государство такие темы не любит… А еще ЛГБТ+ и фемсообщество — это очень удобное «прикрытие» для отвлечения фокуса общественного внимания. Типа: «Да, доходы у россиян, конечно, не очень, но на Западе — вы только посмотрите! — могут заключать брак люди одного паспортного пола! Куда катится мир! Пенсии мы, конечно, индексируем, но вот посмотрите: женщина рисовала — страшно подумать! — какие-то вульвы! Разврат!»

— Некоторые активистки в автозаке стали рассказывать полицейским о рисунках Юли и устройстве вагины. У нас действительно все так плохо с образованием у сотрудников правоохранительных органов?

— Да в общем-то с образованием — не только у сотрудников правоохранительных органов — в отношении секспросвета, анатомии и физиологии у нас плохо, это точно. Активистки, которые попали в ОВД «Красносельское», рассказывали полицейским про Юлино дело, про ее рисунки и то, почему вульва — это не табу, а просто часть нашего тела. Когда полицейский что-то про детей сказал, ему объяснили, что в паблике, где она выкладывала картины, была отметка «18+» и что если считать любое изображение женского тела или его органов за порнографию, то можно дать такой же срок и присутствующим, например, за изображение женской груди на сумке Monki или силуэта женского обнаженного тела на одежде.

Ещё одна из участниц спросила у полицейского, был ли он в музеях и видел ли он там голых женщин, а когда он ответил, что видел, спросила, почему эти художники тогда не сидят. Ответа не получила. В нашем ОВД «Лужники», когда полицейские не пускали к нам адвокатов и не давали бумагу и ручку для написания ходатайства о допуске защитника, мы позволили себе пофантазировать на тему, как будем писать ходатайство кровью (бумага нашлась у одной из девушек). И, с учетом отсутствия колюще-режущих предметов, перенесли мысль на менструальную. Через несколько минут обсуждения полицейский вышел из помещения, и к нам пустили адвокатов. Считаю, что это прекрасное отражение сложившейся культуры отношения к женскому телу.

— Среди поправок, внесенных в Конституцию, есть поправка о браке как «союзе мужчины и женщины». Грозит ли это правам женщин и ЛГБТ-сообщества?

— Да. Хотя это такой вопрос… Как будто у нас сейчас соблюдаются конституционные права граждан (на свободу собраний, например). Это просто бумага, которая отразит и так существующую политику государства, не защищающего права своих ЛГБТ+ граждан.

— Планируются ли в ближайшее время еще какие-нибудь акции в поддержку Юли?

— Возможно. Отвечу цитатой из Доктора Кто: «Спооойлерыыы».

— Как защита Юли относится к акциям в ее поддержку?

— Все делается только с одобрения Юли и Юлиных адвокатов. Единственное, Юля очень переживала насчет наших задержаний и, конечно, не могла этого одобрить.

— Свидетельствует ли дело Цветковой о том, что политический режим в стране ужесточается?

— Думаю, да. Здесь хочется отметить, что Юлин кейс не единственный. Я, к сожалению, не знаю имен всех пострадавших, знакома только с делом Мишель из Брянска. Но точно знаю, что они — не первые даже. Если раньше это были «наркотики», то теперь в тренде «порнография». Конец цитаты.

Источник: Kompromatural.ru

Share

You may also like...